Актуально Год народного единства

Главная битва. Как наши земляки приближали победу под Москвой. Ч. 2

После взятия Смоленска группа армий «Центр» с боями продвигалась в московском направлении, однако в конце сентября их движение приостановилось. Перед решающим наступлением гитлеровское командование решило дать передышку танковым соединениям Хайнца Гудериана и Германа Гота и укрепить их дополнительной танковой группой Эриха Хёпнера, которую планировалось перебросить с Ленинградского направления. До Москвы оставались немногим более 200 километров, однако город уже почувствовал дыхание приближавшегося фронта.

Первый массированный налет на столицу СССР был совершен германскими бомбардировщиками уже в ночь на 22 июля 1941 года. Отправляя немецких летчиков на задание, командование их убеждало: «Москва – не Лондон. У русских нет подготовленной противоздушной обороны, а их орудия маломощные и не смогут причинить вреда самолетам. Истребительная и ночная авиация тоже отсутствует. Так что бомбардировка города станет для всех приятной прогулкой».

Действительно, превосходство сил люфтваффе почувствовалось с первых налетов. Немецкие самолеты легко преодолевали противовоздушную оборону вокруг столицы и оставляли после себя многочисленные разрушения.

Даже на территорию Кремля было сброшено 6 зажигательных и одна фугасная бомба весом 250 кг. Она пробила крышу Большого кремлевского дворца, но не взорвалась. В ночь с 11-го на 12-е августа возле Никитских ворот упала бомба весом 1000 кг, которая образовала воронку глубиной 12 и диаметром 32 метра.

Такое положение заставило советское командование срочно предпринять дополнительные меры по защите Москвы. Наиболее ценные исторические объекты были закрыты камуфляжем, расписанным под природный ландшафт. Населению было приказано заклеить бумажными полосками стекла оконных рам, чтобы они не рассыпались от ударной волны. По вечерам в квартирах запрещалось зажигать свет. В небе на тросах повисли серые аэростаты, а пространство вокруг города ощетинилось стволами зенитных батарей. Большая роль в этих заградительных мероприятиях отводилась средствам воздушного наблюдения, оповещения и связи.

Визуально самолеты в небе определялись с расстояния 10–15 км, но при существовавших скоростях этот путь они преодолевали всего за несколько минут. Поэтому, чтобы заранее отслеживать передвижение авиации противника, в 100-километровой зоне вокруг Москвы были созданы наблюдательные пункты. После окончания школы младших командиров начальником отделения одной из таких точек в июле 1941 года был назначен Михаил Мелешко. Бойцы под его командованием несли круглосуточное дежурство и, в случае обнаружения вражеской авиации, заранее докладывали о готовящейся атаке врага.

Со временем наблюдатели научились по гулу моторов определять не только типы приближающихся самолетов, но и их приблизительное количество. Таким образом, они заблаговременно успевали передать сигнал тревоги, чтобы зенитчики смогли привести в боевую готовность орудия, а население – укрыться в бомбоубежищах, под которые приспособили станции метро. Постепенно германская авиация стала терять преимущество в небе над Москвой.

Справочно. После Великой Отечественной войны Михаил Михайлович Мелешко работал директором Дзержинской нефтебазы, а затем был начальником автоколонны (автопарк №15).

В это время в зенитных войсках служил еще один наш земляк Василий Бурко. В звании старшего сержанта он командовал расчетом зенитного орудия, защищавшего воздушное пространство над Москвой. Находясь на подступах к столице, 216-й особый зенитный дивизион первым принимал бой с вражескими бомбардировщиками. В первое время, находясь на высоте, самолеты легко преодолевали заграждения маломощных зениток. Однако затем, когда их заменили на более эффективные 85-миллимитровые орудия, преимущество перешло на сторону советских зенитчиков. Потери вражеской авиации становились все более ощутимыми, и редко какие самолеты долетали до намеченной цели.

Справочно. После демобилизации Василий Адамович Бурко работал в аппарате Дзержинского горкома КПБ и райисполкома, занимал различные должности в госучреждениях.

Когда немцы подошли к Москве, Николай Мурзич был курсантом Серпуховского авиационного училища. Получив ускоренную переподготовку на авиатехника, он был направлен в истребительный авиаполк, защищавший столицу. Его летчики первыми приняли удар массированных налетов противника на Москву. Вначале они поднимались в воздух на устаревших И-16, но мужественно вступали в схватку с превосходившими силами врага. В ночь на 7 августа на самолете этого типа первым из военных летчиков РККА произвел таран в ночном бою под Москвой младший лейтенант Виктор Талалихин.

По возвращении с задания самолеты сразу же принимали авиатехники. Они производили ремонт повреждений, проверяли работу всех механизмов, заправляли баки топливом. Чтобы своевременно подготовить технику к вылетам, работа велась практически круглосуточно.

Обстановка в небе кардинально изменилась, когда в распоряжение авиационных частей советских войск стали поступать самолеты новых конструкций – Як-1, ЛаГГ-3, Миг-3, Ил-2, Пе-2. К этому времени летный состав накопил уже достаточный боевой опыт и успешно громил врага.

Справочно. После окончания Великой Отечественной войны Николай Владимирович Мурзич продолжительное время работал заместителем председателя Дзержинского райисполкома

За июль-сентябрь 1941 года воздушное пространство над Москвой нарушило не более 100 самолетов из примерно 5000, которые участвовали в налетах.

Общий план дальнейшего наступления на Москву был доработан и оформлен немецким командованием в конце сентября 1941 года. Операция по захвату столицы СССР получила кодовое название «Тайфун». Ее замысел был классическим для немецкой стратегии. Предполагалось мощными ударами крупных танковых группировок окружить основные силы Красной Армии, прикрывавшие столицу, и уничтожить их в районах Брянска и Вязьмы, а затем стремительно обойти Москву с севера и юга с целью ее захвата. Главный удар должны были нанести 3-я танковая группа Гота, 4-я танковая группа Хёпнера и 2-я танковая группа Гудериана, сосредоточенные в районах Духовщины, Рославля и Шостки. 26 сентября Федор фон Бок подписал приказ № 1620/41 о наступлении группы армий на Москву.

Советское командование спешно готовилось к обороне. Основные работы развернулись на Можайском направлении, где планировалось создать три укрепленных района (УРа): 35-й (Волоколамский), 36-й (Можайский) и 37-й (Малоярославский). На строительстве фортификационных укреплений были задействованы огромные людские силы военных и гражданского населения. Общая численность строящих Можайский УР доходила до 50 000 человек. Было развернуто 5 бетонных заводов, часть железобетонных конструкций поставлялась по железной дороге.

Однако к концу сентября 1941 года строительство линии завершено не было, оборудование было выполнено только на 40%. Всего успели возвести 296 ДОТов, 535 ДЗОТов, 170 км противотанковых рвов и 95 км эскарпов. В большинстве ДОТы были без люков, бронированных щитов и дверей. Маскировки и вентиляции, как правило, не было, электричество отсутствовало, не хватало и приборов наблюдения. Несмотря на все усилия, не была полностью решена и проблема комплектования воинских частей, которым предстояло занять оборону на возводимых защитных сооружениях.

(Проект создан при участии районного совета ветеранов. Продолжение следует)

Виктор УРАНОВ