Актуально Год народного единства

Главная битва. Как наши земляки приближали победу под Москвой. Ч. 1

В этом году исполняется 80 лет одной из наиболее ярких страниц Великой Отечественной войны – героической обороне Москвы. В то величайшее по масштабам сражение были вовлечены представители многих союзных республик СССР, в том числе белорусы. Поэтому разгром сил гитлеровского вермахта под Москвой – это общая победа советского народа. Свою лепту внесли в нее и уроженцы Дзержинщины.

Drang nach Osten!

Это боевой клич немецких рыцарей, предпринявших с конца XII века широкомасштабную экспансию на славянские земли с целью захвата новых территорий и порабощения проживающего там населения. Их кумиром был император Священной Римской империи Фридрих I Барбаросса, властолюбивый и жестокий правитель, всю жизнь мечтавший о могуществе и славе.

Набеги на мирных северо-западных славян продолжили крестоносцы Тевтонского ордена, которые под видом распространения христианства занимались обыкновенными грабежами и разбоем. Однако в 1410 году их кровавым злодеяниям на несколько столетий положила конец Грюнвальдская битва.

Тевтоны ушли в историю, но их последователи остались. В начале XX века новоявленный фюрер Третьего рейха Адольф Гитлер, по своему сомнительному происхождению явно не тянувший на представителя «высшей арийской расы», сумел все же убедить германскую нацию в ее биологическом превосходстве, а следовательно, и в особой миссии по установлению господства над другими народами мира.

После того как был покорен европейский континент, на пути к достижению этого авантюрного плана встали славянские народы. И вновь на гортанном языке древних готов зазвучал боевой клич, призывавший к завоеванию восточных территорий.

Вознамерившись повторить кровавый путь предшественников, Гитлер свои имперские замашки воплотил в стратегическом плане, названном «Барбаросса». Фюрер верил в успех задуманного и не сомневался, что германскому вермахту в считанные недели удастся расправиться с непокорными славянами. С теми, кто по расовой теории, разработанной нацистскими идеологами, считались людьми второго сорта. Однако, следуя этим бредовым идеям, нацисты забыли об уроках истории, которые пришлось усвоить когда-то тевтонским рыцарям. Гитлера же история так ничему и не научила.

Для осуществления своего замысла он приказал сосредоточить на границе с СССР огромные военные силы. На московском направлении, где предстояло нанести главный удар, было сконцентрировано самое боеспособное подразделение германского вермахта – группа армий «Центр». На начальном этапе войны ей предстояло в короткий срок уничтожить войска Западного особого военного округа (ЗОВО). В ночь с 21 на 22 июня 1941 года гитлеровские войска были приведены в полную боевую готовность.

Генерал Дмитрий Павлов, с 1940 года осуществлявший общее командование войсками на территории Беларуси, в тот субботний вечер находился в хорошем расположении духа. В кармане лежали билеты в минский Дом офицеров на оперетту «Свадьба в Малиновке». Культурную программу он намеревался завершить посещением ресторана. Генерал лег спать после полуночи. Перед сном неожиданно вспомнил о тревожных донесениях пограничников. Те информировали, что на сопредельной территории замечено подозрительное движение германских войск. Генерал принял все во внимание, но не придал этому особого значения.

Павлов обязан был следовать указаниям сверху, предписывавшим не давать повода для провокаций. Вот почему большинство командиров Красной Армии накануне 22-го июня получили отпуска и выехали на выходные за пределы своих подразделений. В полном бездействии находились также их подчиненные. Ничего не было предпринято и по усилению охраны границы.

А в это время германские лазутчики и диверсанты, тайно перейдя границу, занимались ликвидацией телефонной связи, совершали провокации, устраивали на дорогах засады, готовили сигнальные огни в местах скопления танков, самолетов и другой военной техники. Ровно в 4 часа утра предрассветная мгла на западных рубежах СССР озарилась залпами тысяч германских орудий. В небо взлетела армада самолетов со свастикой, нанося точечные удары с воздуха по заранее обозначенным военным объектам. Разрушениям подверглась и инфраструктура городов. Нападение стало полной неожиданностью как для военных, так и для гражданского населения.

Наш земляк Геннадий Будай – очевидец тех страшных событий. Впоследствии он стал одним из организаторов подпольного и партизанского движения на оккупированной территории Дзержинщины. Будай вспоминает: «Я был командирован на практику в редакцию Брестской областной газеты. Узнал о войне в 4 часа утра. Проснулся от грохота артиллерийской канонады. Выглянув в окно, увидел на западе в районе крепости сплошной вал огня. Потом пожары начались и в самом городе. Быстро оценив обстановку, мы с женой поняли, что все это значит. Решили отходить на восток. С трудом выбравшись из Бреста, вышли на Кобринское шоссе, где уже двигался поток беженцев. Но и там было небезопасно из-за непрекращающихся налетов немецкой авиации, поэтому дальнейший путь к Минску продолжили по лесам».

Генерала Павлова разбудил адъютант и доложил о ситуации на границе. Тот сразу же схватил телефонную трубку, чтобы отдать распоряжения. В голове крутились фразы из докладов на последних совещаниях перед комсоставом: «Остановить любой ценной… Нанести ответный контрудар… В корне пресечь все действия противника». Однако истекающие кровью воинские подразделения приграничных районов не отвечали: связь отсутствовала.

Позже, когда командующему доложили о реальном положении дел, он понял, что дать отпор противнику невозможно. Нечем. Немецкая авиация разбомбила все прилегающие к границе аэродромы, уничтожив около 70% самолетов. В груду металла были превращены танковые колонны, сосредоточенные на открытых полигонах. Их так и не смогли увести в укрытие из-за отсутствия горючего. Фактически остались безоружными и рядовые красноармейцы: склады с боеприпасами давно не пополнялись.

Тем не менее даже в таком тяжелом положении бойцы мужественно держали оборону, выполняя патриотический долг. Но перед танковой армадой противника они были бессильны. Бронированная техника врага сокрушала оборону наших войск. Захватывая целые армейские подразделения Красной Армии, она продолжала двигаться вперед.

Генерал Павлов попытался ввести в бой резервные войска, однако спасти положение это не могло – разве что на время задержать превосходящие силы немцев. Мужественно сражались с врагом пограничники Гродно, защитники Брестской крепости, Минского укрепрайона, Буйничского поля возле Могилева. К сожалению, единой линии обороны на территории Беларуси командованию Западного фронта обеспечить не получилось.

За первые 18 дней войны Западный фронт потерял 418 тысяч человек личного состава (в том числе 338,5 тыс. пленными), более 3 тысяч танков, около 800 самолетов, 1830 орудий, 521 тыс. единиц стрелкового оружия.

В конце июля 1941 года Павлова и его ближайшее окружение вызвали в Ставку Верховного главнокомандующего. По прибытии их сразу же арестовали и отдали под трибунал.

За развал управления войсками, бездействие и халатность к высшей мере наказания были приговорены командующий Западным фронтом Дмитрий Павлов, начальник штаба Владимир Климовских, начальник связи Андрей Григорьев, командующий 4-й армией Александр Коробков. Все они были в звании генералов.

После ожесточенных боев за Смоленск немецкие войска в начале сентября 1941 года форсировали Днепр и вышли на прямой путь к столице СССР. Рассматривая карту Восточного фронта, Гитлер уже представлял, как его доблестные танкисты в самое ближайшее время ворвутся в Москву. Он даже планировал 7 ноября провести на Красной площади военный парад. Такова будет его месть Сталину. А затем последует приказ сравнять с землей ненавистный город, чтобы навсегда вычеркнуть это географическое название.

(Проект создан при участии районного совета ветеранов. Продолжение следует)

Виктор УРАНОВ